Садясь в машину, Тимур
заговорщицки подмигнул Герману.
‒Серьги привезены из
Африки. – пронеслась в голове мысль, звучавшая голосом младшего брата.
‒Хватит копаться в моей
голове! Он еще и телепат.
‒Я не копаюсь. Ты,
кстати, тоже телепат. Я же не предъявляю к тебе претензий за твои дары. Я хоть
никого не убиваю, ‒ огрызнулся Тима.
‒Слава Богу!
‒О каком Боге ты
говоришь? – братец мог быть колючим, как ежик.
‒Это так – по привычке.
Так что там по украшениям?
‒Мой знакомый с
антикварного магазина тоже был в клубе. Он очень удивился, когда увидел на Даше
кулон и кольцо. Говорит, что никогда не слышал о том, что серьги с гарнитура. Я
попросил его узнать об этих украшениях как можно больше информации. Но должен
сказать, он фанат своего дела, сам заинтересовался.
‒Я уже не сомневаюсь…
‒Что ты сказал? – Даша
подняла голову с его плеча.
‒Я сказал, что не
сомневаюсь в том, что мама ждет нас и не ложится спать. Я звонил ей. Абонент не
доступен, как всегда забыла поставить телефон на зарядку, ‒ выкрутился Герман,
поняв, что заговорил вслух.
-‒Не привык я с тобой мысленно
общаться, ‒ оправдался он перед братом.
‒Есть такая поговорка.
Человек ко всему привыкает. Интересно, к нам это еще имеет отношение?
‒С твоего позволения
прерву твои философские мысли. Я не сомневаюсь, что гарнитур является
артефактом. Что тогда будем делать с твоим знакомым? – в голове забродили
тревожные мысли, об их существовании люди не должны были знать.
‒Не переживай, он за
время своей работы наслушался столько сказок, что откровенно смеется над теми
кто верит в мифы. Ты и сам знаешь, что большая часть народных легенд далека от
истины, ‒ развеял его сомнения брат.
‒Что ж, будем ждать,
что он сможет для нас узнать. Мне не хотелось бы вызывать Ищеек.
‒Использование
служебных ресурсов в личных целях? – захихикал собеседник.
‒Не ехидничай, подумай
сам. Должна быть причина, почему нам не открывают правды. Мы должны как можно
дольше держать в тайне наше расследование, иначе, нам не дадут ничего узнать.
‒Зеленые не имеют к вам
никакого отношения, я поговорю об этом со своими.
‒Ни в коем случае. Ты
ошибаешься, как раз Зеленые в этой истории, одно из ключевых звеньев, ‒ Герман
был категоричен.
‒С
чего ты взял? – Тима не мог понять, к чему клонит брат.
‒Почему ты стал Зеленым?
‒Это мой выбор, ‒ он
был уверен в этом.
‒Иногда мне кажется,
что ни у кого из нас нет выбора. В такое время мне хочется найти кукловода.
‒Твои господа и есть
кукловоды.
‒Нет. Это было бы слишком
просто. Ты был когда-нибудь в кукольном театре?
‒В школе, в младших
классах, приезжали к нам, выступали в актовом зале, а что? – вопрос озадачил Тимура.
‒А то, брат, кукловода
ты видел?
‒Ну да, в конце
представления вышел из-за ширмы, кланялся.
‒В том то и дело, что в
конце представления, а у нас только начало. Решения и дела моих, как ты
говоришь, господ на виду у всех. Почему я не знал ничего о тебе? Если бы ты не
открылся мне, все шло бы по-другому. Если бы Даша не рассказывала мне свои сны,
я не знал бы и о ней. Ты знаешь правила – Балаур должен знать обо всех
Приходящих. Вывод напрашивается сам собой. Кукловод должен где-то скрываться.
Хотя бы до того времени, пока раскроется, что я знаю о вас, ‒ с каждым словом
Герман убеждался в своем решении держать все втайне от посторонних.
‒Логично. Он может
скрываться где угодно. Значит, мы делимся информацией только в этом мире.
‒Договорились.
‒Сегодня Дашу
попытались вести. Хорошо, что рядом был Бутч. Кто-то очень хочет иметь ее в
своем лагере. Думаю, ей хотели подсказать Путь, выгодный им, ‒ Герман поделился
своей тревогой за сестру.
‒Никто не хочет играть
по правилам? – Тима знал, что человек должен сам сделать свой выбор, стоя на
Пути. Никто не имел право склонять его в ту или другую сторону.
‒Ты только сейчас это
понял? Наступают нехорошие времена, ‒ тяжело вздохнул старший брат.
‒Прекрати нагонять
тоску, может это всего лишь легенда, и предсказания твоих господ призваны для
того, чтобы поддерживать эту сказку. Бутча ты прислал? – Тима перевел разговор
в другое, менее тревожное русло.
‒Он
будет прекрасным телохранителем в Пути. Я знаю, что это нарушение, но могу я
хоть раз в жизни воспользоваться своим положением?! Как ты считаешь? Я очень
волнуюсь за Дашу, не зная, кто заинтересован в ней, невозможно просчитать
сложившуюся ситуацию. Ты говоришь, что видишь в ней Калэ, тогда тем более непонятно
кому она нужна.
‒Ты как всегда прав, хорошо,
что ты его вернул. Он не сопротивлялся?
‒Нет, конечно! Он
ворчун с тяжелым характером, не спорю, но Дашу он обожает и рад, что именно он
будет сопровождать ее.
Машина подъехала к
воротам дома. Выходя, Герман рассчитался с удивительно молчаливым таксистом,
тот посмотрев на купюру, довольно крякнул и бережно спрятал последнюю за
пазухой.
