Он шел по бесконечным
пескам, проклиная себя за неосторожность. Как он – знаменитый мастер воровского
искусства мог попасться, как мелкий воришка. Ему пришлось уйти в пустыню, чтобы
избежать правосудия. Благо, что при нем всегда есть вода и немного черствой
лепешки, конечно, надолго этого не хватит. Дай Аллах, он не затеряется среди
огромных барханов и доберется до ближайшего города, прежде чем закончится вода.
Огюзхан брел, уныло повесив голову, иногда вскидывая ее к небу – скоро появятся
звезды, и он сможет определить свое направление.
Где же он прокололся?
Может быть, его изначально заманили в ловушку? Может быть, не зря изрядно
захмелевший слуга из богатого дома проболтался ему о сокровищнице своего
господина? Огюзхан знал о награде за его голову, но никто не смог бы узнать
мастера перевоплощения, к тому же он работал в одиночку. Как же его вычислили?
Какое-то движение отвлекло
его от унылых мыслей. Огюз был сильным молодым человеком. Хорошо тренированное
мускулистое тело не раз спасало его от неприятностей. Но в этой ситуации даже
бесстрашная легенда воровского мира вздрогнула от суеверного ужаса.
С ног до головы его
окутывал туман такой плотности, что казался живым существом. – Откуда здесь туман?
– пронеслось в голове. Огюзхан шагнул вперед и очутился перед входом в пещеру.
Он шел по каменному
тоннелю, недоумевая каким образом он освещается. Создавалось впечатление, что
стены светятся изнутри. Страх пропал, появилась извечная тяга молодости к непознанному
и таинственному.
Прошло около получаса,
а конца тоннелю не было видно, он вилял, как пойманная змея, подъемы и спуски
чередовались с неимоверными поворотами. Огюз потерял чувство ориентации, теперь
он не смог бы сказать в какой стороне находится вход.
– Надо возвращаться,
хорошо, что здесь нет развилок, иначе, я ни за что не выбрался бы с этого
безумного коридора.
Молодой человек
повернул в обратном направлении, сделал пару шагов и… наткнулся на стену.
– Что это? Я только что
проходил здесь, ‒ он в недоумении огляделся – тоннель тянулся в одну сторону,
обратная сторона его, по которой он пришел сюда, исчезла. Огюзхан протер глаза,
потрогал гладкий камень – все настоящее.
– Шайтан завел меня
сюда или это дом джинна? ‒ с ужасом подумал вор. – Что делать? Помирать так с
музыкой, ни перед кем не склонял голову Огюз, и ползать в ногах, моля о милости,
никогда не будет. Надо идти вперед пока враг не покажет себя, дай Аллах, чтобы
до встречи с ним ему хватило решительности.
Огюзхан достал кинжал,
держа его в руке, решительно шагнул вперед и…ахнул. Перед ним открылась пещера,
поражавшая своими размерами и красотой. В глаза ударил кроваво-красный свет, ‒
молодой человек зажмурился. Ему пришлось долго моргать, прежде чем зрение вернулось,
и исчезли черные круги, плавающие в увиденной картинке. Посреди пещеры
возвышался столб, на который лился солнечный свет.
Мысли в голове
разбегались в разные стороны, пытаясь найти объяснение увиденному.
–Я вошел в пещеру,
когда на небе только стали загораться первые звезды, прошло не больше часа.
Откуда взялось солнце? – красное пятно наверху столба прервало размышления на
тему времени. – Неужели, это то, что я думаю? – Огюз подошел ближе к столбу и
обнаружил небольшие ступени, которые раньше не заметил. Аккуратно переставляя
ноги, он начал подъем.
Ступеньки оказались
крепкими, ни одного камушка не сорвалось вниз, но они были такими маленькими, что
ему пришлось идти на носочках. Двигаться было довольно трудно, и Огюзхан решил
ставить ногу боком – передвижение замедлилось, но идти стало легче.
Когда же он добрался до
вершины, все страхи и трудности остались позади. Профессиональный вор не мог
поверить своему счастью, никогда и никому еще из их братии так не везло. Нежно
прижав к себе найденное сокровище, Огюзхан вздрогнул от тяжелого вздоха,
раздавшегося у него за спиной.
– Бесплатный сыр только
в мышеловке бывает, ‒ он повернулся, чтобы защитить свою добычу. В голове
помутилось от увиденного. – Нет! Этого не может быть! Я сплю, и мне снится
кошмар! – душа от ужаса забилась в самый дальний уголок, мозг застопорился на
одной мысли, ‒ это сон, сейчас я проснусь, проснусь, проснусь…
