‒Андрей, завтрак готов. ‒ София хлопотала над сервировкой.

‒Доброе утро! – Он чмокнул ее в щеку. ‒ Какие запахи! Я после твоей кормежки, месяц по десять километров вечерами бегаю. Но устоять перед соблазном не могу. Почему у тебя так вкусно?

‒Потому что нужно любить то, что делаешь, даже если это банальный завтрак, ‒ она улыбнулась, отвечая на нехитрый комплимент друга.

‒Дети еще спят? – поинтересовался Андрей, усаживаясь за стол.

‒Они поздно с клуба вернулись, пусть отоспятся, ‒ София поставила перед ним тарелку с пирожками.

‒Сонюшка, я хотел с тобой поговорить, пока никто не мешает, ‒ Андрей явно был чем-то смущен.

‒Говори, коль хочешь, ‒ женщина склонила голову, изредка поглядывая на закипающий чайник.

‒Я не знаю с чего начать, ‒ он с преувеличенным интересом рассматривал пирожки.

‒Сначала, с середины, с конца – все равно. Ты знаешь, что твою мозаику я сама сложу, ‒ София подумала, что он даже не замечает, что лежит на тарелке.

‒Чего ходить вокруг да около. Мы с тобой одинокие, знакомы вечность, знаем все наши достоинства и недостатки. У нас есть взаимное уважение, понимание, доверие. Все что нужно для идеального брака, ‒ Андрей явно долго обдумывал эту реплику.

‒Для идеальной семьи нужна любовь. А так это действительно, брак, ‒ парировала она.

‒Перестань! Много тебе любовь в двух браках дала, кроме детей?! – он с вызовом посмотрел на нее.

‒У меня прекрасные дети, ‒ для нее это был прекрасный довод, почему не стоит жалеть о неудачных замужествах.

‒Не спорю. Мои дети не уважают меня, а тем более не любят, ‒ в его словах пряталась горечь.

‒Сколько ты можешь себя казнить? Тебе не дали шанса, ты не мог принимать участие в их воспитании. Сколько лет ты даже не знал, где они находятся? Ты регулярно высылал деньги на их содержание на адрес бывшей тещи. Они появились уже тогда, когда надо было обеспечивать их жильем и платить за высшее образование. Ирония судьбы – мамы, которые мечтают, чтобы папы принимали непосредственное участие в судьбе их детей, в итоге после развода не слышат и не видят горе-отцов, а ответственные папы не могут добиться даже через суд встречи с ребенком.

‒Так что ты мне ответишь? – Андрей в упор смотрел на нее.

‒А был вопрос? – София уходила от неприятного для друга ответа, который ей все равно придется огласить. Она раздумывала, как лучше его преподнести.

‒Ты прекрасно поняла, что я имею ввиду.

‒Андрюша, давай не будем возвращаться к этому разговору. Ты мне как брат, это настоящий инцест. Если тебе одиноко, ничто не мешает переехать ко мне, у меня не соскучишься. Только смотри, чтобы ты через три месяца смог пройти в эти двери,‒ она дружелюбно улыбнулась, мягко подначивая его.

‒Как всегда, все в шутку переводишь. Ты права, мне очень одиноко, иногда, такое на душу лезет, хоть волком вой. Тебе легче, двое детей с тобой живут, Герман приезжает, все ж не одна.

‒Доброе утро! Чем так пахнет? Пирожки с клубникой – мои любимые! Мам, ты, во сколько встаешь, чтобы все успеть? – Гера схватил пирожок с блюда.

‒А ты чего так рано? Вчера под утро приехали, отдохнул бы. Сынок, не хватай со стола, поклади себе в тарелку, сколько требуется.

‒Слушай, у меня к тебе разговор есть. – Герман поставил перед собой тарелку с пирожками.

‒Что-то все сегодня с утра пораньше поговорить хотят! – София подмигнула Андрею.

‒Ну, серьезно! Ты где кулон купила? – изо всех сил он старался показать, что его это не сильно интересует.

‒Если хочешь узнать цену – ни за что не признаюсь.

‒Нет, стоимость меня не интересует. Просто интересно, это очень похоже на гарнитур. Тима серьги здесь купил в антикварном магазине, значит, гарнитур разбили и продали по частям, может быть существует и браслет. Хотелось бы и его для Дашки купить, чтобы, так сказать, все в комплекте было.

‒Не поверишь, на Андреевском спуске. У старичка-китайца, раньше я не встречала его там, а захожу я туда частенько, иногда неплохие вещицы попадаются. Увидела и не устояла, а цена, честно говоря, смешная. Я сначала даже подумала, что камень фальшивый, ‒ София обрадовалась, услышав о том, как старший сын беспокоится о сестре. В детстве Гера не баловал детей от маминого второго брака, женщина очень переживала по этому поводу, но с возрастом брат стал участвовать в жизни младших детей, почти, как ангел-хранитель.

‒Всем привет! – по Тимуру можно было сказать, что он целый день на пляже загорал, а не в клубе до утра кутил.

‒Что это вы так рано все встали? – София была удивлена, как правило, Тиму она будила тридцать-сорок минут.

‒Брат приехал, есть о чем поговорить, зачем драгоценное время на сон тратить! ‒ ураганом в кухню ворвалась дочь.

‒Дашуня, и ты проснулась ни свет, ни заря? Как сговорились.

‒Ммм…мм? – Даша откусила целую половину от пирожка и пыталась при этом что-то сказать.

‒Что-что?

‒А собаку ты выгуляешь? Я его оставила, я и должна за ним ухаживать, у тебя без этого головной боли хватает.

‒Я с тобой прогуляюсь, ‒ подхватил Тима. – Здорово, давно мы с собакой не гуляли.

‒И я схожу, утренним воздухом подышу, ‒ поддержал Герман.

‒Точно, сговорились. У вас вчера без приключений обошлось? – мать всегда переживала, если они допоздна гуляли.

‒Мамочка, какие приключения с Герой? Хорошо, хоть в дамскую комнату не сопровождает. Я думаю, что за Бутчем скучали все, просто я говорила больше о своих переживаниях по поводу его пропажи, поэтому всем хочется прогуляться со щенком.

‒Сонюшка, может быть, тоже прогуляемся? – Андрей закончил завтрак.

‒Нет, мы с тобой попозже в магазин сходим, пусть поболтают, они вчера не наговорились, ‒ снисходительно кивнула мать в сторону детей.

‒Кто бы говорил? Вы вчера с тетей Мариной до четырех утра сидели, ‒ заметил младший сын.

‒Кстати, Марина с Димой подарили мне тур на Мальту, так что через две недели, прощай дождливая осень, здравствуй, ясное солнышко.

‒Мамочка, я так за тебя рада! – Даша громко чмокнула ее в щеку.

‒Тебе, действительно, давно пора отдохнуть. Сколько я тебя в Италию звал, один раз на три дня приехала, на первый мой показ, и все.

Через пятнадцать минут все были готовы к ранней прогулке по парку.