София взяла под руку давнего друга.

‒Как тебе это платье? Честно говоря, я забыла, что люди берут с собой в отпуск, поэтому мы с тобой так долго ходим.

Ей не стоило оправдываться, Андрей прекрасно знал, что любительницей шопинга ее нельзя было назвать. Он успокаивающе погладил кисть, лежавшую на сгибе его локтя.

‒Что тебя тревожит? Презентация или отпуск, который может закончиться недолгим романом? – он улыбнулся, приглашая пооткровенничать с ним.

‒Я не знаю, ‒ невнятно пробормотала женщина.

Андрей вопросительно посмотрел на нее.

‒Правда, не знаю! Что-то происходит, но что? Пока это только ощущения, которые нельзя высказать словами. Я чувствую тревогу и в то же время, внутри растет какое-то радостное чувство, как в детстве ожидание приближающегося Нового года, а вдруг увидишь настоящего Деда Мороза, кладущего подарки под елку.

‒Все понятно, но не забывай, что ожидание праздника чаще всего приятнее, чем сам праздник. Бой курантов, загадывание желаний, шампанское и надежды на то, что в Новом году все будет сказочно хорошо и проблемы года уходящего не затронут нас в следующем. Только вот просыпаешься и понимаешь, что это утро ничем, кроме похмельной головной боли не отличается, и в ожидании чуда ты не становишься на год моложе, а жизнь идет своим чередом без изменений.

‒Откуда такие ужасные пессимистические нотки? Или это заранее проявленная ревность к могущему случиться роману? Я сейчас говорю не об отпуске. Я чувствую, что в моей семье происходит что-то очень важное. Мои дети всегда откровенничали со мной на самые личные темы, а сейчас ведут себя так, как будто плетут заговор. Правда, не понятно против кого, но это как-то связано со мной, ‒ женщина выглядела расстроенной, и Андрей искренне пожалел о жестких словах, произнесенных им вслух.

‒Может они готовят тебе какой-то сюрприз? – ему хотелось успокоить ее.

‒Нет, это более значимое. Должно произойти что-то, круто поменяющее мою жизнь, и это событие будет напрямую связано с тем, чем сейчас занимаются мои дети. Я, наверное, никуда не поеду, ‒ в голосе Софии росло суеверное беспокойство, она привыкла доверять своей интуиции.

‒Ты шутишь? Ты расстроишь всех своим отказом. У тебя что, маленькие детки, которым сопливые носы вытирать надо или манную кашку сварить некому! Скажи им, что тебя тревожит их поведение, я уверен, что объяснение будет простым, ‒ сказал, как отрезал.

*****

Они вышли из торгового центра, купив практически все необходимое для поездки и немного продуктов для обеда. София предложила занести пакеты, а затем прогуляться по парку. Они купили две лишние буханки хлеба, чтобы покормить уток, живущих на парковом пруду.

Покормив ненасытных птиц, друзья решили присесть на лавочке. 

Как хорошо молча посидеть, вздыхая ароматы влажной листвы, слушая воркование голубей-попрошаек, наблюдая за деловито носящимися стайками воробьев, наслаждаясь яркими красками осени.

Краем глаза София заметила две промчавшиеся тени, но их размеры и скорость передвижения заставили подумать, что ей это показалось. Что-то много ей стало казаться, она не была настолько верующей, чтобы перекреститься, а списала на воспаленную усталостью психику.